г.Казань
ул. Московская д.3
т. 5-700-700
 

 Калейдоскоп »

Who is who мистер Гумилев

Памятник Гумилеву в Казани.Исчерпанность темы в журналистском материале - вопрос почти всегда спорный. К любой серьезной статье напрашивается продолжение и гипотетически его можно написать. Но положительно этот вопрос решается только при наличии веской причины. Аналогичная ситуация возникла после публикации в декабрьском номере нашего журнала за 2006 год аналитической статьи «Грозит ли России массовый террор».

Материал затрагивал наследие выдающегося ученого-историка, этнографа Льва Гумилева и был посвящен одному из известнейших его трудов - теории этногенеза. Обращенность к данной теме основывалась на извечном интересе читательской аудитории к причинам, влияющим на ход истории. В этом смысле теория этногенеза Гумилева предоставляет богатейшую пищу для размышления. Журнал был вправе рассчитывать на отклики, и получил их.

Но неожиданно мы столкнулись с аксиомой, которая хорошо известна в научном мире, но, быть может, недостаточно осознана широкой общественностью: Гумилева нельзя воспринимать исключительно сквозь призму теории этногенеза, это лишь одна из сторон деятельности Льва Николаевича. Не будем забывать, что памятник Гумилеву в центре Казани был поставлен вовсе не за это. Оставалось эту «проекцию» выявить. Так возникла идея проведения «круглого стола», с которой мы обратились в институт истории имени Ш. Марджани АН РТ и встретили полное понимание. Мероприятие состоялось в Казанском Кремле, в стенах вышеуказанного института. Некоторые из запланированных участников «круглого стола» по разным причинам не смогли принять непосредственное участие в обсуждении наследия Л.Н. Гумилева, поэтому с ними мы встречались отдельно, чтобы составить наиболее полную палитру мнений. 

Справка

ГУМИЛЕВ Лев Николаевич

Историк, создатель пассионарной теории этногенеза, родился 1 октября 1912 в Царском Селе в семье знаменитых русских поэтов Н.С. Гумилева и А.А. Ахматовой. В 1934 поступил на исторический факультет Ленинградского университета. В 1935 был впервые арестован, затем выпущен, но отчислен из университета. В течение двух лет продолжал образование самостоятельно. Изучал историю древних тюрок и восточные языки. В 1937 восстановлен на историческом факультете, но год спустя вновь арестован. Осужден на 5 лет ссылки в Норильске. По окончании срока работал в экспедиции Норильского комбината. В 1944 ушел добровольцем на фронт. В составе Первого Белорусского фронта дошел до Берлина. После демобилизации экстерном закончил исторический факультет Ленинградского университета, поступил в аспирантуру Института Востоковедения. В 1947 Гумилева как сына опальной поэтессы исключили из аспирантуры. Научная биография вновь прервалась. Работал библиотекарем психиатрической больницы, научным сотрудником Горно-Алтайской экспедиции. В 1948 защитил кандидатскую диссертацию по истории Тюркского каганата. Меньше года проработал старшим научным сотрудником Музея этнографии народов СССР. Затем вновь был арестован. Новый 7-летний срок провел в лагерях под Карагандой и под Омском. В 1956 вернулся в Ленинград, устроился работать в «Эрмитаж». В 1963 стал старшим научным сотрудником Института географии при Ленинградском университете, где проработал до конца жизни. С 1960 года читал в университете лекции по народоведению. В 1974 году защитил вторую докторскую диссертацию «Этногенез и биосфера Земли». В научном мире многие взгляды ученого вызывали резкую критику. Но среди советской интеллигенции его труды пользовались большой популярностью, чему способствовала неординарность идей, литературная увлекательность изложения. В 1980-е годы Гумилев стал одним из самых читаемых советских ученых, получил возможность свободно выступать с изложением своих взглядов, труды историка издавались большими тиражами. 15 июня 1992 года Лев Николаевич Гумилев умер и был похоронен на Никольском кладбище Александро-Невской лавры.
Энциклопедия «КРУГОСВЕТ» 

Справка

Центральным положением теории этногенеза является определение фазы развития, которые переживают этносы (народы) образующие суперэтносы. Этносы - главные действующие лица в театре истории, качество «игры» которых Гумилев ставит в зависимость от циклических солнечных излучений. Всплеск такого рода космической энергии соответственно приводит к чрезмерному ее поглощению, что порождает экстремально активных людей - пассионариев. Они будоражат этнос, под воздействием пассионариев происходят революции, завоевания чужих земель, великие переселения народов и т. д.

Гумилев выделял шесть фаз развития этноса.

1) Фаза подъема. Длится примерно 300 лет. Количество пассионариев растет и вызывает активизацию действий по всем направлениям.

2) Акматическая фаза. Длится примерно 300 лет. Количество пассионариев достигает пика. Этнос максимально активен.

3) Фаза надлома. Длится примерно 200 лет. Все устают от «великих». Количество пассионариев сокращается, растет число субпассионариев - пассивных людей.

4) Инерционная фаза. Длится примерно 300 лет. Ситуация стабилизируется. Этнос переходит в период тихого, мирного жития. Укрепляется государственная власть, социальные институты.

5) Фаза обскурации. Длится примерно 300 лет. Количество пассионариев сводится к минимуму. Погоду делают субпассионарии. Общество разлагается и хиреет. Это сумерки этноса.

6) Мемориальная фаза. Длится примерно 300 лет. Наступает смерть этноса, сопровождающаяся воспоминаниями о былом величии.

Гумилев полагал, что в конце 20 века Российский суперэтнос находился на стадии перехода из фазы надлома в инерционную фазу. По мнению некоторых исследователей это «золотая осень» суперэтноса - наиболее болезненный период его развития. 

Владимир ЛАНЦОВ, заведующий кафедрой менеджмента КГАСУ, профессор, доктор химических наукВладимир ЛАНЦОВ, заведующий кафедрой менеджмента КГАСУ, профессор, доктор химических наук:

- Я считаю, что идеи Гумилева носят гипотетический характер. Называть их теориями в принципе нельзя. Они не содержат в себе модели, которые позволяли бы планировать, проектировать, предвидеть будущее государства. Достоинство Гумилева в том, что он, не считаясь с тем, что публиковалось в его время в области прогнозирования истории, высказал свою точку зрения. Я всегда это приветствую. Но принимать могу лишь то, что подтверждается опытом. К сожалению, ни тогда, ни сегодня у нас в стране не было и нет ученых, которые могли бы решать такие задачи. Крупные специалисты есть в США, Китае, Германии, Швеции и некоторых других странах. Эти ученые в состоянии решать проблему управления будущим государств и обществ. Но все их работы носят закрытый характер, что связано с политикой двойных - тройных стандартов. Существуют специальные технологии засекречивания нормативных актов и законов. Внешне они публичны, но мало кто может разобраться в их истинной сути, вскрыть подлинные цели. Так вот, для своих стран эти группы ученых разрабатывают одни законы. И совершенно противоположное они готовят для других государств. Законы для «чужих» - деструктивны. При том, что они объявляются прогрессивными, научными, активно лоббируются и внедряются - эти законы направлены на уничтожение стран и народов. Холодную войну на самом деле никто не отменял. Просто она ведется в иной форме, другими средствами. Такая война, в частности, объявлена США в отношении России.

Что касается теории Гумилева, он пытался связать судьбу государств с ролью так называемых пассионариев - национальных лидеров, ведущих за собой общество. Но как бы ни велика была роль вождей - в создании, существовании, развитии государств особое значение имеют механизмы власти, напрямую не связанные с лидерством. Пока мы не научимся разбираться в этой кухне - не поймем, что такое вообще государство, народ, гражданин.

Идеи Гумилева были бы применимы к кочевым племенам. В привязке к оседлому общежитию они безосновательны.

Эмилия ТАЙСИНА, профессор, доктор философских наукЭмилия ТАЙСИНА, профессор, доктор философских наук:

- Современный интерес к идеям Гумилева имеет вполне обоснованные причины. Во-первых, общее внимание обратилось к экологическим проблемам как к глобальным, то есть ставшим мировоззренческими (философскими). Кроме того, когда общество лишается некоей позитивной идейной надстройки-верхушки (а наша страна сейчас именно в таком положении; нельзя же, в самом деле «антитерроризм» считать за идею, консолидирующую нацию?!), оно начинает обращаться к неидеологическим, «неверхушечным», а базисным каким-то, например, биофизическим, способам объяснения того, что с людьми и со страной происходит. Социально-философских объяснений нет - значит, в ход пойдут естественнонаучные. Науки об обществе не срабатывают, - значит, для объяснения социальных событий будут востребованы науки о природе. Поэтому ренессанс неонатурализма напрашивался сам собой.

Насколько помню, это уже вторая волна интереса к теории этногенеза Гумилева. Когда она только появилась, я и многие мои знакомые, друзья и коллеги на некритическом уровне в нее искренне поверили. Теория пассионарности, изложенная образно, метафорически, со ссылками на «пульсирующие ритмы вселенной» ясными, доходчивыми мыслями, на сей раз понравилась очень многим. Психологически точно, убеждая, действует стиль изложения Гумилева. Художественные образы Гумилева воспринимаются не иначе как с внутренним трепетом и восхищением. Но как ученый я вынуждена привести и контрдоводы.

Основные законы всего происходящего, конечно, физические, природные. Скажем, разве не действуют на человеческую жизнь перипетии, происходящие с ближайшей Звездой, ближайшей Планетой?! Да ведь соединенное действие Солнца и Луны вызывает прилив и отлив не только мирового океана - даже земной тверди! (Но буду ли я на этом основании принимать за науку, ну, скажем, астрологию с ее гороскопами? Ни в коем разе). Законы человеческой истории сверхприродны (но не сверхъестественны!), они главные, и они более сложные, чем физические. Они пересиливают в социуме, довлеют в человеческой жизни.

Природные, биологические причины, разумеется, имеют огромное влияние. Но не они являются подлинной доминантой формирования социальной действительности. Побеждает не «подошвенное», а главенствующее. Если «пик» на ваших биологических часах не совпадает с днем и часом назначенного на завтра важного события, скажем, торжественного бракосочетания, вы можете почувствовать себя несколько более вяло, чем хотелось бы. Но это не означает, что долгожданная свадьба отменится. Недомогание перетерпится - бракосочетание состоится. История победит. 

Лилия САГИТОВА, кандидат исторических наук, директор АНО Институт социальных исследований и гражданских инициативЛилия САГИТОВА, кандидат исторических наук, директор АНО «Институт социальных исследований и гражданских инициатив»:

- Из оставленного Гумилевым потомкам наследия я бы выделила принципиально важный момент - он высказал альтернативный, уважительный взгляд на историю народов России. С точки зрения необходимости выполнения гражданином, ученым определенной миссии - это, безусловно, более значимое его деяние. История на самом деле не бывает нейтральной. Там всегда присутствуют оценки. Имперская концепция истории России (зачинателем которой был Карамзин), получившая преемственность и в советский период, прежде всего, отличалась неблаговидной оценкой роли и значения тюрков, которым отводилось неблаговидное место. Отсюда постоянные апелляции к татаро-монгольскому игу, якобы отбросившему Россию в своем развитии назад, так возник термин «азиатчина» и т. д.

Гумилев один из немногих, кто воспротивился официальной историографии. В определенном смысле это был опасный человек, покушавшийся на незыблемое. Существует такое понятие, как паспорт нации. Условно говоря, он включает в себя определенные атрибуты: гимн, флаг. Но главнейшая составляющая в данном случае - все-таки весомая, богатая, длительная история. Не имея ее - нельзя претендовать на звание нации. Получилось так, что Гумилев выступил оппонентом официальной трактовки паспорта российского народа.

Поскольку, по понятным причинам, труды ученого долгое время находились под запретом, с наступлением эпохи демократических преобразований, когда возник повышенный интерес ко всему притесняемому, в советское время не принимавшемуся, у теории этногенеза Гумилева появилось много апологетов. Однако современный научный мир России уже не придерживается официально принятых истин. У теории Гумилева появляются как сторонники, так и противники.

Некоторые западные ученые считают Гумилева историческим романтиком, творческой личностью, но никак не деятелем науки. Основной аргумент светил науки, не желающих принимать Гумилева в свои ряды, заключается в том, что его взгляды, концепции - нельзя проверить научным путем. В Гумилева можно только верить, как в теологию. В принципе с этим можно согласиться. Хотя, на мой взгляд, взгляд этносоциолога, опять-таки здесь не все так однозначно. В концепции Гумилева есть фрагменты, которые вполне проверяемы. Кто-то с моим мнением согласится, кто-то - нет. Это особенность нашего времени. Разброс взглядов относительно деяний Гумилева в научном мире огромен. Ученые, эксперты по-разному оценивают его вклад в интерпретацию российской истории. О трудах и изысканиях Гумилева можно услышать диаметрально противоположные суждения. 

Дамир ИСХАКОВ, доктор исторических наук, научный руководитель Центра этнологического мониторинга Института истории АН РТДамир ИСХАКОВ, доктор исторических наук, научный руководитель Центра этнологического мониторинга Института истории АН РТ:

- Я думаю, что Гумилев является очень важной фигурой, которая отчасти определит будущее российской исторической науки и этнологии. Причин тому много. Наиболее важной считаю причину следующую. Российская история, как и у многих других народов, написана как национальная история. При таком подходе не избежать множества мифов, и в российской истории их предостаточно. К величайшему сожалению, основными противниками данного государства, угрожавшими самому его существованию, были положены кочевники, особенно Золотая Орда. Это извечные враги Руси, в противоборстве с которыми она сформировалась. Но кроме национальной истории, есть еще история профессиональная. Многие ученые не согласились с той парадигмой, которая была вложена в написание-создание истории Государства Российского. В частности, сторонниками альтернативного варианта были евразийцы. Гумилев один из немногих, кто выступил продолжателем этого направления в советское время. На самом деле он сделал довольно простую вещь: показал положительную роль кочевников в российской истории. Гумилев попытался выйти за рамки общественного мифа и сделал это довольно убедительно.

Национальные истории время от времени должны пересматриваться. Сегодня в связи с общим состоянием российского государства такая необходимость назрела. Историческая наука находится в кризисном состоянии. Одним из способов выхода из нее может быть обращение к трудам Гумилева. Что позволяет заново выстроить весь исторический дискурс. Правда, многим историкам традиционного направления это не понравится. Потом, я бы не сказал, что Гумилев безгрешен во всех отношениях. У него есть фактологические ошибки. Он работал в другое время - сегодня наука накопила новые данные. Не со всеми его выводами можно соглашаться. Но общая направленность трудов Гумилева очень важна для дальнейшего осмысления российской истории. Ведь он фактически доказал вовлеченность предков многих нерусских народов в общий процесс развития. Это очень важно. Мы живем в России. И у нерусских народов должно быть свое место в ее истории. Иначе мы никак не сможем вписаться в общие рамки процесса развития, в общее будущее. Я думаю, что в дальнейшем в российской исторической науке будет развиваться слегка подзабытое евразийское направление. Чтобы Россия была страной федеральной, поликультурной, вбирающей истории многих народов, чтобы на этом пространстве нашлось место для всех народов, на историю как на предмет нужно взглянуть с гумилевских позиций - широко и непредвзято. 

Александр САЛАГАЕВ, директор Центра аналитических исследований и разработок, доктор социологических наук, профессор, эксперт ООНАлександр САЛАГАЕВ, директор Центра аналитических исследований и разработок, доктор социологических наук, профессор, эксперт ООН:

- Я не историк - социолог. Поэтому мне, наверное, сложно говорить об историографии. Тем не менее, работы Гумилева я читал, и, в общем, читал с большим интересом. Произошло это где-то в начале перестройки. В 1986 году, когда я был в Ленинграде на повышении квалификации, меня даже сводили на лекцию Гумилева. Послушать его приходили многие. Гумилев читал лекции вечерникам, на дневное отделение его не допускали. В начале горбачевской перестройки он все еще был в опале.

Что могу сказать? Теории Гумилева об этногенезе, пассионарности достаточно интересны. Но не все они находят подтверждение. Многие его теории являются просто гипотезами. Ученых, которые пытались найти какие-то объективные законы, движущие историю, было много. Каждый открывал что-то свое. Скажем, у Маркса - это классовая борьба, у Гумилева - пассионарность и т. д.

Признавая Гумилева выдающимся ученым, все же нужно сказать, что его теории - это всего лишь еще одна концепция общественного развития. Как и любую другую концепцию ее нельзя считать абсолютной истиной.

В Татарстане к Гумилеву особое, уважительное отношение. Ему принадлежит идея о том, что татаро-монгольского ига не было. И это многим симпатично. Но существуют некоторые вещи, которые нельзя отбросить, даже находясь под большим впечатлением от Гумилева и его теорий. Прежде всего, это, собственно, вопрос про иго. Конечно, нужно понимать, что иго - это нечто такое образное, тяжелое, идеологическое. В таком виде его, возможно, действительно не существовало. Тем не менее, если придерживаться исторической правды была определенная колонизация Руси, произошло ее завоевание, обкладывание данью. И для Руси это были довольно тяжелые времена. Главное - сам факт. О терминах тут можно спорить бесконечно. Существуют разные формы колонизации. Англичане в Индии, например, опирались на существующих правителей. Французы на завоеванных землях насаждали свои администрации. В отношении Руси, в смысле колонизации, была применена модель, которая ближе к английской. Я объясняю ситуацию так, как вижу ее с точки зрения социолога. Потом произошла русская колонизация земель принадлежащих Золотой Орде.

Заслуга Гумилева в том, что он снял тяготевший над русскими и татарами идеологический груз, доставшийся в наследство из прошлого, взглянув на историю более широко. Это очень хорошо. Но я думаю, полагать, что раз ига нет - значит, нет и разговора - тоже не верно. Переписать историю полностью - нельзя. Золотоордынский период в истории Руси все-таки был. В форме ли вассалитета, или чего-то другого, но был. И об этом тоже нужно говорить. 

Искандер ИЗМАЙЛОВ, старший научный сотрудник института истории АН РТ, кандидат исторических наукИскандер ИЗМАЙЛОВ, старший научный сотрудник института истории АН РТ, кандидат исторических наук:

- Что подкупает в Гумилеве? Он мог очень сложную проблему изложить простым, доступным языком. В голове у него все так замечательно стройно укладывалось, что процессы исторические превращались в описание истории. Если взять один из его трудов «Поиски вымышленного царства», то там заранее чувствуется некая интрига. Книга построена как детектив. Гумилев в ней раскрывает и показывает лабораторию ученого-исследователя.

Девственное отношение к Гумилеву исчезает, когда начинаешь изучать, собственно, источники его исторических трудов. Эта основа вызывает серьезные сомнения. Он пользовался переводами китайских источников, французских, пользовался переводами и Акинфа Бичурина, которые фактически являются пересказом и в очень малой степени отражают действительность. Поэтому у специалистов к трудам Гумилева, конечно же, претензий много. Но тут есть смягчающее обстоятельство. Понятно, что он работал с тем, что было доступно. Вне всякого сомнения, имеющийся материал Гумилев использовал талантливо. Этого не отнять. Первая его трилогия о древних тюрках - «Хунну», «Хунну в Китае» и «Древние тюрки» - это вообще труд, предвосхитивший время. До сих пор подобных работ практически нет. Гумилев сделал историю кочевников, которые для цивилизованных стран всегда были периферией. Он впервые рассмотрел этот мир как целостное явление.

Кроме источниковедческих погрешностей, у Гумилева есть и некоторые теоретические положения, с которыми нельзя согласиться. В той или иной степени ими проникнуты все его работы. В первых трудах это еще ощущается не так ярко. Но уже в «Древних тюрках» гумилевские теоретические воззрения просматриваются отчетливо. «Хунну в Китае» проникнута ими почти полностью. Другие работы, скажем, «Древняя Русь и великая степь» или «Этногенез и биосфера земли» теоретическими положениями Гумилева пронизаны насквозь.

Единственное, с чем я в данном случае безоговорочно согласился бы - это с утверждением Гумилева о том, что этнос не имеет отношения к материальной культуре. Это в первую очередь - производство духовное. Во всем остальном теория этногенеза, на мой взгляд, имеет чисто историографический интерес. Хотя есть ряд неспециалистов, особенно географов, которые очень часто спорят: на какой стадии находится России - затухания, или акматической? Мне кажется, это чисто схоластические споры. Сам Гумилев никак не разъясняет, как его теоретические воззрения накладывать на объективный материал. Для него это, скорее, было попыткой выйти за рамки советской науки. Образно говоря, он держал фигу в кармане, показывал ее советским академикам и делал это с большим удовольствием. 

Петр СТАРОСТИН, кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Казанского центра археологических исследований АН РТПетр СТАРОСТИН, кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Казанского центра археологических исследований АН РТ:

- С Гумилевым я имел возможность видеться и общаться лично. Произошло это в 1962 году на проводившемся в Казани форуме общества археологии, истории и этнографии. На мероприятие я прибыл в составе Йошкар-Олинской делегации. Вместе с несколькими коллегами-учеными мы разместились в гостинице «Казань». Как-то к нам подходит Татьяна Александровна Крюкова - этнограф из Ленинграда и, спрашивает: «Не найдется ли у вас места? Придет Лев Николаевич Гумилев - не возражаете, если он остановится у вас?». Кто такой Гумилев, мы тогда еще не знали. Но разве кто откажется приютить человека? Лев Николаевич разместился у самого входа в комнату. Помню: утром кто-то из нас громко включил радио, и раздался его ворчливый голос: «Да выключите вы эту шарманку!» «Что же? - спрашиваем мы - вы радио совсем не слушаете?» «Нет» - отвечает гость. «И газет не читаете?» «Кое-что почитываю, - говорит Гумилев, - иногда». Лев Николаевич, хотя и прошел лагеря - не походил на сломленного человека. Общался непринужденно - с юмором. Не унывал. Я бы сказал, что это был матерый и даже хитрый исследователь с гибким, проницательным умом. Между тем на форуме разгорелись острые дискуссии. Гумилев много полемизировал. В дальнейшем это общество археологии, истории и этнографии почему-то так и не состоялось. Существует утверждение, что его просто запретили. Одной из причин тому послужил сборник трудов, подготовленный специально к мероприятию. Там была и работа Гумилева, которая кому-то очень не понравилась. Не берусь судить: так ли обстояло дело? Но, во всяком случае, подобные суждения высказываются.

Мне кажется, на реконструируемом здании гостиницы «Казань» нужно установить памятную табличку с упоминанием о том, что здесь когда-то останавливался Гумилев. Надо донести эту идею до городских властей. Он жил в последней комнате направо на втором этаже. Возможно, и памятник Льву Николаевичу, который сейчас установлен в центре города, на этом месте, на фоне помпезного, могучего здания выглядел бы более логично. 

Рубин САЙФУЛЛИН, доцент кафедры «История» Камской государственной инженерно-экономической академии (ИНЭКА), кандидат политических наукРубин САЙФУЛЛИН, доцент кафедры «История» Камской государственной инженерно-экономической академии (ИНЭКА), кандидат политических наук:

- Думаю, многие согласятся с утверждением Д. Исхакова, что сегодня историческая наука находится в кризисном состоянии, и этот кризис может быть преодолен, если использовать идеи Л.Н. Гумилева. Видимо, именно этим в значительной мере объясняется непреходящий интерес широкой научной общественности к наследию этого выдающегося ученого.

Также верно и то, что концепция Гумилева содержит массу погрешностей и недоработок. На эти недостатки во многом справедливо указали участники «круглого стола» по обсуждению этой концепции, прошедшего в 2006 г. на страницах журнала «Этнографическое обозрение». Некоторые участники даже высказали мнение, что концепция Гумилева вообще не имеет научной ценности.

Однако едва ли можно согласиться со столь радикальным выводом. На мой взгляд, главным в концепции Гумилева является полипарадигмальный подход к анализу исторического процесса. Проще говоря, Гумилев на обширном историческом материале пытался доказать, что на исторический процесс влияют не только социальные, но и природные (географические и биологические) факторы. При таком подходе исторический процесс есть результат взаимовлияния обеих групп факторов.

Следует признать, что Гумилеву не удалось подтвердить справедливость своих выводов на всем фактическом материале всемирной истории. Это дало основание его критикам говорить, что положения теории этногенеза (продолжительность жизни суперэтноса составляет 1200 - 1500 лет, каждый суперэтнос в своем развитии проходит через определенные фазы и др.) построены на песке.

Однако автор этих строк берет на себя смелость утверждать, что основные положения концепции Гумилева действительно подтверждаются историческими фактами. Разумеется, в концепцию были внесены необходимые изменения и дополнения. Главное из них - это положение о существовании так называемого «числового алгоритма этнической истории». Согласно этому алгоритму, все фазы и разделяющие их фазовые переходы, через которые проходит каждый суперэтнос, начинаются и заканчиваются в определенном этническом возрасте с некоторым допуском. В ряде авторских научных работ было показано, что история всех тех суперэтносов, по которым имеются более или менее полные фактические данные, развивалась в достаточно четком соответствии с числовым алгоритмом. Это позволяет говорить, что открыта универсальная закономерность, описывающая исторический процесс.

Надо полагать, у многих читателей вышесказанное вызовет понятное недоумение: если речь действительно идет об открытии универсальной закономерности, то почему о ней практически ничего неизвестно? Видимо, главная причина этого заключается в сознательном замалчивании по идеологическим причинам достигнутых мной научных результатов. Дело в том, что некоторые критики усматривают в Гумилеве «культуролога, обслуживающего интересы формирующегося фашизма». Один из участников вышеупомянутого «круглого стола», В.А. Шнирельман, прямо-таки с упоением проводит многочисленные параллели между воззрениями Гумилева и нацистов (излишне говорить, что это явное передергивание). Поэтому в определенных академических кругах априори считается, что исследователь, использующий, как и Гумилев, биосоциальный подход, находится вне мейнстрима, и на публикации его научных результатов наложено своеобразное «табу». Однако уверен, что рано или поздно мои работы станут доступны широкому кругу научной общественности.

От редакции

Спорить о наследии Гумилева, о том, что в его трудах более значимо - можно бесконечно. Интересен ли он, прежде всего, как автор теории этногенеза или великий защитник нерусских народов России - пусть решает каждый. От себя добавим, то в Татарстане Гумилев, безусловно, глубоко почитаем именно в связи с его благожелательным отношением к татарам, другим нерусским народам. Его вклад в создание истории, показывающей их положительную роль в жизни государства российского - оценивается очень высоко. Смена приоритетов в оценке наследия Гумилева, серьезное смещение акцента значимости его трудов не наблюдается.

«Круглый стол» провел
Валерий ЯКОВЛЕВ

 Анонсы »

 Красота »

 Фитнес »

 Вкусно »

 Это интересно »